Цифровая экономика Вьетнама набирает обороты благодаря внедрению ИИ
Цифровая экономика Вьетнама продолжает демонстрировать уверенный рост, все активнее опираясь на повсеместное внедрение приложений искусственного интеллекта (ИИ) как в повседневной жизни, так и в бизнес-процессах. Согласно отчету e-Conomy SEA 2026, подготовленному Google, Temasek и Bain & Company, объем валовой стоимости товаров (GMV) цифровой экономики страны в 2026 году, как ожидается, достигнет 49 миллиардов долларов США, что на 20% больше, чем годом ранее. Этот показатель ставит Вьетнам в число самых быстрорастущих цифровых экономик Юго-Восточной Азии наряду с Малайзией.
Все четыре ключевых сектора продемонстрировали двузначный рост. Основным драйвером остается электронная коммерция, за ней следуют онлайн-путешествия, онлайн-медиа, а также сервисы вызова такси и доставки еды. Цифровая экономика Вьетнама расширяется за пределы высокотехнологичного производства, охватывая банковский сектор, другие отрасли экономики и государственный сектор.
Джош Эбботт, вице-президент по региону Азиатско-Тихоокеанского региона и Японии американского технологического гиганта Teradata, выразил впечатление от стремительного развития цифровой экономики Вьетнама. В беседе с VnEconomy он отметил, что страна располагает высококвалифицированной рабочей силой, а понимание бизнесом данных, ИИ и операционных процессов быстро совершенствуется. Эти факторы закладывают основу для развития рынка данных и ИИ.
Однако, чтобы превратить этот потенциал в ощутимую экономическую ценность, компаниям необходимо преодолеть проблемы, связанные с качеством данных, управлением ими и затратами на внедрение технологий. Один из ключевых вопросов заключается в том, что корпоративные данные пока не готовы к применению ИИ, особенно в свете перехода к агентному ИИ — системам, способным самостоятельно выполнять многошаговые действия и решать более сложные задачи.
По словам Эбботта, заметный сдвиг в стратегиях построения технологической инфраструктуры бизнеса связан с растущей тенденцией к объединению публичных облачных вычислений с локальными системами, вместо того чтобы переносить все данные и вычислительные нагрузки в облачные сервисы, такие как AWS или Google Cloud. Этот подход привлекает все больше внимания на фоне ужесточающихся требований к суверенитету данных. Как подчеркнул эксперт, речь не идет о полном отказе от облачных технологий, а скорее о корректировке того, как компании распределяют нагрузки и управляют данными.
Основываясь на своем опыте работы на различных рынках, он отметил, что от бизнеса все чаще ожидают соблюдения конкретных требований к суверенитету данных, касающихся того, где хранится и обрабатывается информация. Хотя не все данные необходимо возвращать в локальные системы, некоторые их типы могут быть обязаны оставаться в пределах национальных границ.
Помимо требований к защите данных, организации, управляющие критически важной инфраструктурой, могут столкнуться с особыми условиями относительно их способности поддерживать работу в случае сбоев у облачных провайдеров. Например, некоторые организации обязаны гарантировать, что смогут продолжать деятельность в течение примерно 90 дней даже при прерывании облачных сервисов. Это требует от компаний эксплуатации систем на полную мощность и независимо, при этом локальная инфраструктура может играть важную роль.
Между тем, затраты и спрос на графические процессоры (GPU) также побуждают компании рассматривать инвестиции в собственную инфраструктуру. Эбботт отметил, что даже финансово сильные компании выбирают размещение части своих вычислительных мощностей для GPU на локальных системах для поддержки приложений ИИ.
